Старший воитель Речного Племени, решивший сходить на полуденную охоту, направлялся в сторону Зарослей Камыша. Именно тут пару недель назад ему посчастливилось поймать пару поганок, нырка, ондатру, а это очень весомая добыча для племени. Полосатый хвост воителя был распушен и поднят вверх, поступь была уверенной и широкой, бугры мышц перекатывались при ходьбе, Шиповник был полностью готов к охоте.
Но тут, три пера поганки заставили воителя нагнутся, и как следует обнюхать их. Запах птицы был свежим, но что она делала в еловом подлеске по пути к камышовым зарослям. Решив идти по следу, белобокий невольно осматривался по сторонам, словно опасаясь чего-то со стороны подлеска. Но тут свежие следы заставили воина пригнуться и прижать уши к затылку, по запаху они не принадлежали ни его соплеменникам, ни врагам - жителям Древесного Племени. - "Скорее всего, это бродяга или одиночка", - недовольно нахмурившись, подумал Речной воин, направляясь в ту самую сторону, где ела Миф. Так оно и оказалось, серо-белая кошка с жадностью поедала поганку, которую поймала на территории Речного Племени. Так как Шиповник всегда не любил тех, кто нарушает священные границы, он выпрыгнул из куста боярышника и, ощетинившись, встал перед наглой одиночкой.
- Кто позволил тебе нарушать земли Речного племени и охотиться здесь? - В ту же секунду кот сорвался с места и как следует, дал лапой по голове Миф, желая оглушить двухцветную противницу. Лапу от удара свело, но кот лишь пуще желал отомстить за племя, встав, словно гора напротив голубоглазой кошки и ожидая ее ответа.